Александр Сайпушев из Мишкинского района работал в составе советской делегации Международного военного трибунале над фашистской верхушкой

У  уроженца д. Рефанды Мишкинского района БАССР за плечами был большой боевой и юридический опыт. Он ушел на войну с первых дней ее начала в один день со своим сыном – Алексеем. И на протяжении четырех лет возглавлял Военный трибунал действующей армии. Служил верой и правдой, приговоры выносил взвешенные, справедливые, отличая, где враг, а где просто струсивший боец. Таким он давал возможность искупить свою вину, побороть свой страх. Среди сослуживцев за ним закрепилась добрая репутация. Его уважали, принимаемые им решения не оспаривались.                                                           За четыре года армейского судейства случалось всякое. Пытались запугать, подкупить. Иногда на судью откровенно давили люди с большими звездами на погонах, подсказывали нужный им приговор. В таких случаях Александр Сайпушевич часто повторял любимую марийскую поговорку: «Вчера обманул – сегодня не поверят». И всегда принимал свое собственное решение.                                    Однажды на заседание трибунала ворвались три бойца штрафной роты, как выяснилось позже – бывшие уголовники. Они направили стволы автоматов на председателя трибунала и потребовали немедленно освободить своего товарища, которого судили в этот момент за мародерство и грабежи среди местного населения.                                                                                                       Председатель трибунала не испугался, не растерялся, а вступил с ними в переговоры. «Давайте поступим так, - сказал он. - Отправим вашего товарища на передовую. Пусть он кровью искупит свою вину перед народом». Напряжение было снято. Штрафники ушли с миром. Позже стало известно, что их товарищ героически погиб в очередной рукопашной схватке с немцами.                                     Или вот еще такой случай. Когда он судил проворовавшегося майора–хозяйственника, за него  стал заступаться высокопоставленный «звездный» чин из штаба фронта. Однако, несмотря на все его старания, судья разжаловал майора до рядового и отправил в штрафной батальон.                                                                 Таким, честным и бескомпромиссным человеком был председатель армейского трибунала гвардии подполковник юстиции А. Сайпушев. В этом и заключалась причина его отбора.                                                                                   По прибытии на место назначения подполковник попал в руки сотрудников госбезопасности. Его глава Меркулов лично давал разрешение на включение подобранных кандидатов к участию в судебном процессе. Бесчисленных стенографисток, машинисток, переводчиков, фотографов, охранников, распорядителей, солдат, военных курьеров, помощников всех мастей, без тихого кропотливого труда которых невозможна была бы бесперебойная работа огромного судебного механизма.                                                                                Почти полгода шла напряженная многосторонняя подготовка советской делегации. Исходя из поставленной задачи, будущего участка работы каждого готовили индивидуально. Существовал целый ряд инструкций, правил, предосторожностей. Учеба будущего эксперта следственной части подполковника Сайпушева включала обучение иностранным языкам, психологическим навыкам, секретному делопроизводству, военную подготовку и многим другим тонкостям предстоящей службы. Связь с внешним миром (родными, друзьями) на период работы прерывалась. Завершился ускоренный курс подготовки встречей с Главным обвинителем от Советского Союза Романом Андреевичем Руденко (тогда – генпрокурор Украинской ССР, а позже – всего СССР).                                            За месяц до начала работы трибунала советская делегация обосновалась в Нюрнберге. В нем уцелел дворец правосудия с расположенной рядом обширной тюрьмой, поэтому организовать процесс там оказалось проще.         Жили советские, как и все другие делегации, по разным уголкам разрушенного города. Сайпушеву повезло. Его разместили в частично сохранившемся отеле.                                              Инструкция запрещала контакты с иностранцами. За этим внимательно следила контрразведка. Но и спецслужбы «союзников», особенно американской, не дремала. Иметь «крота» внутри советской делегации было очень заманчиво.                 Однажды в столовой к Сайпушеву подсел широко улыбающийся американский подполковник и на чистом русском языке без обиняков предложил ему перейти на службу к ним. Деньги, карьера, гражданство…, ну и все такое прочее, что в таких случаях обещают. Но американцу не повезло. Рефандинцы Родиной не торгуют. Сайпушев резко оборвал разговор и немедленно доложил о вербовочном подходе к нему своему руководству. Наши спецслужбы взяли резвого американца в разработку.                                                                       Нюрнбергский процесс, официально известный как Международный Военный Трибунал (МВТ)(International Military Tribunal (IMT)), начался 20 ноября 1945        года. Правительства Соединенных Штатов, Советского Союза, Великобритании и Франции судили самых известных из оставшихся в живых немецких руководителей как "главных военных преступников". На следующие 11 месяцев город стал настоящим полем битвы. Перед трибуналом предстал 21 высокопоставленный нацист. Их судили восемь судей – по двое от каждой из держав-победительниц.                                                                                    Идея покарать нацистских преступников возникла у руководства СССР задолго до завершения войны. Для будущего трибунала начали собирать доказательную базу. Работали практически на передовой, шли вместе с войсками, входили в еще горящие города и села. Собранные вещественные доказательства, документы, фото и киноматериалы впоследствии сыграли решающую роль в Нюрнберге. Пытающихся скрыться фашистских преступников выявляли и в лагерях военнопленных. В Башкирии существовало полтора десятка таких лагерей и работавшие в них контрразведчики оформили документы в трибунал на ряд выявленных фашистских преступников.                                                                        Задокументированные факты фашистских злодеяний передавались в следственную часть советской миссии. Она находилась в обособленном помещении, недоступном даже для прочих сотрудников.  Именно здесь Сайпушев и его коллеги – эксперты отбирали самые резонансные факты  и включали в доклад советского обвинителя. Никто не должен был знать, какое обвинение предъявит советская сторона на следующем заседании. Уровень секретности – абсолютный. В то же время каждый озвученный на весь мир факт должен был иметь надежную доказательную базу. Это была трудная задача, но наши эксперты ни разу не промахнулись. Хотя попытки опровергнуть или подвергнуть сомнению доклад советского обвинителя предпринимались неоднократно.                                    Обвиняемых строго охраняли: их доставляли на лифте из конвойного помещения, расположенного под залом суда, прямо к скамье подсудимых, под надзором солдат американской армии в униформе и белых касках.                    Главный обвинитель от СССР Роман Руденко ответственно подошел к делу, хорошо изучил его материалы и задавал подсудимым такие вопросы, что они терялись и сдавались. 26 июля 1946 года прокуроры начали свои заключительные речи. Последним выступил Роман Руденко. "Во имя памяти миллионов невинных людей, загубленных бандой преступников, представших перед судом передового человечества, во имя счастья и мирного труда будущих поколений, я призываю суд вынести всем без исключения подсудимым высшую меру наказания –  смертную казнь». Как известно, это предложение было принято. У эсэсовцев были лучшие адвокаты, которые изо всех сил пытались их отмазать. Не получилось.         

        Международный трибунал над главными нацистскими преступниками завершился 1 октября 1946 года. Родина высоко оценила работу советской делегации. Многие были награждены правительственными наградами. Гвардии подполковнику А. С. Сайпушеву вручили орден Красой Звезды. В начале следующего 1947 года он наконец–то  вернулся домой. Был уволен с должности председателя военного трибунала в Архангельске, хотя ни разу не присел в это кресло.                                                                                               Нюрнбергский процесс стал незабываемым событием в жизни Александра Сайпушевича и он очень жалел, что не может рассказывать о своем участии в нем. Но однажды, уже будучи председателем Верховного суда БАССР,  в кругу родных и друзей он чуть-чуть приоткрыл завесу этой тайны. И то – ли по совпадению, то – ли кто-то отреагировал, но на следующий день он получил приказ о своем назначении Председателем далекого Нижне-Амурского областного Суда. И даже сын Алексей, служивший к тому времени в КГБ республики, не мог на это решение повлиять.                                                                       Возвратившись на родину, Александр Сайпушевич продолжил работать в судебной системе республики: судьей, адвокатом. Активную трудовую деятельность завершил в 1970 году.                                                                       Уроки Нюрнберга не должен забывать никто. Люди мира надеются и верят, что настанет час, когда состоится новый трибунал. Трибунал над украинско-нацистско-натовской преступной сворой, ведущей кровопролитную войну. Где с них спросят за их лютую ненависть к России. Где они покаются в своих злодеяниях. Где они обретут такой же конец, как и руководители третьего рейха.   Нет сомнений, что так и будет.

М.  Абдеев – подполковник безопасности РФ в отставке